Смерть женщины от кровотечения, после плевральной пункции, или история одной эксгумации, которая вскрыла больше, чем предполагалось
13.08.2026
Общественное движение
Рассказ о том, как система здравоохранения и следствие прошли мимо очевидных фактов, а родственникам пришлось дважды хоронить родного человека.
Пролог. «Красная жидкость» — 1200 и 3600
В январе 2023 года в ГБУЗ ТО «Ржевская ЦРБ» поступила 75-летняя Клавдия Михайловна Золотарёва. Жалобы — одышка, слабость, боли в груди. Врачи диагностировали гипертрофическую кардиомиопатию, хроническую сердечную недостаточность. Назначили лечение.
Утром 11 января 2023 года ей провели плевральную пункцию — прокол грудной клетки для удаления жидкости из плевральной полости. Извлекли 1200 мл красноватой жидкости.
Вечером того же дня Клавдия Михайловна скончалась.
На вскрытии в плевральной полости обнаружили 3600 мл красноватой жидкости.
Разница — 2400 мл. Кровь. Которая появилась после пункции.
Глава 1. Цифры, которые не лгут
1200 мл — удалили утром.
3600 мл — обнаружили вечером.
2400 мл — объём крови, излившейся в плевральную полость за несколько часов после врачебной манипуляции.
Для пожилого человека с массой тела 42 кг это около 40–50% всего объёма крови. Такая кровопотеря несовместима с жизнью без экстренной помощи.
Эксгумация, проведённая спустя десять месяцев, подтвердила: в проекции 9–10-го рёбер обнаружены гематомы 8×5 см и 9×5 см, точечная ранка на плевре — след медицинской иглы. Повреждение межрёберных сосудов во время пункции.
Анатомическая справка. При плевральной пункции игла должна вводиться строго по верхнему краю нижележащего ребра — там, где не проходят межрёберные сосуды. Отклонение от этой техники ведёт к повреждению артерии и неостанавливаемому кровотечению. Медицинская литература описывает летальные исходы именно вследствие ятрогенного повреждения ветви межрёберной артерии при пункции ниже восьмого межреберья.
Врач указал в документах 8-е межреберье. Патологоанатом при первом вскрытии зафиксировал метку в 6-м. Эксгумация обнаружила следы пункции в 9–10-м межреберьях. Три документа — три разных места.
Глава 2. Рак, которого, возможно, не было
Экспертиза качества медицинской помощи зафиксировала множественные дефекты диагностики и лечения. Однако самый главный вопрос, который теперь стоит перед родственниками, — чей именно рак был обнаружен на гистологии?
При жизни пациентке не был поставлен онкологический диагноз, хотя ряд признаков (односторонний геморрагический выпот в плевральную полость, кахексия с индексом массы тела 16, прогрессирующая одышка) вызывали серьёзные подозрения. Компьютерная томография была выполнена с необоснованным опозданием, бронхоскопия и консультация онколога не проводились.
Однако именно эксгумация и последующее патологоанатомическое исследование породили ещё больше вопросов, чем дали ответов. Внутри тела были обнаружены посторонние предметы, а при повторном исследовании в теле появилось целое правое лёгкое без секционных разрезов и исчезла печень. Более того, из 128 заявленных гистологических стёкол до экспертизы «дошло» всего 16. Судьба остальных 112 неизвестна.
В такой ситуации утверждать, что раковое поражение, выявленное на этих 16 стёклах, принадлежало именно Золотарёвой К.М. — некорректно. Без молекулярно-генетической экспертизы (ДНК-анализа) этих стёкол нельзя исключить версию о подмене или смешении биоматериала, что в практике патологоанатомических отделений, к сожалению, встречается. ДНК-экспертиза по 16 стёклам, изъятым через год, не проводилась. ДНК-экспертиза по целому лёгкому, появившемуся при повторном осмотре, не проводилась.
Таким образом, главный вывод экспертизы — не наличие рака, а невозможность достоверно установить диагноз и причину смерти из-за грубейших нарушений при заборе, хранении и исследовании биоматериала.
Глава 3. Реанимация, которой не было
В медицинской документации указано, что реанимационные мероприятия проводились в полном объёме. Однако, согласно показаниям свидетелей и фактическим обстоятельствам, никакой реанимации пациентке не оказывалось. Врачи не подходили к ней с 10:30 до 19:00 — пока родственники не настояли на вызове. Давление в 19:00 — 85/50. Гиповолемический шок. Через два часа — смерть.
Это означает, что в официальные документы были внесены заведомо ложные сведения. Такой подлог — не просто нарушение инструкций. Это уголовно наказуемое деяние, предусмотренное ст. 292 УК РФ (служебный подлог) — внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений. В судебной практике уже были случаи, когда врачей привлекали к ответственности именно за фальсификацию протоколов реанимации умерших пациентов.
Глава 4. Два осмотра, одно здание, две правды
В ходе следствия возникла необходимость в эксгумации. Родственники согласились. Тело было извлечено из могилы и доставлено в морг.
Экспертная комиссия зафиксировала это словами: «Отсутствие при повторном исследовании ряда органов (правого лёгкого — только фрагмент), но при третьем осмотре трупа — появление целого правого лёгкого, но исчезновение печени, что подразумевает непредусмотренные действующими приказами Минздрава РФ действия того или иного человека».
Противоречия не склеиваются:
· Эксперт 19.10 говорит: «органы оставила на столе».
· Санитары говорят: «мы зашили тело».
· Эксперт 27.10 видит: «тело не зашито, шва нет».
Если санитары зашили тело, то шов был. Если шва нет, значит, либо санитары солгали, либо тело вскрывали повторно уже после их работы. И это происходило не в могиле, а в здании, где доступ к телу имели и сотрудники патологоанатомического отделения, и судебные медики.
Внутри полостей трупа обнаружены посторонние предметы: носки, перчатки, одноразовая пелёнка.
Это не просто нарушения протокола. Это глумление над телом умершего — статья 244 УК РФ. Это небрежность, граничащая с надругательством. Это заставило родственников второй раз хоронить мать — после того, как тело, которое они предали земле, оказалось осквернённым.
Глава 5. Тело без статуса: как процессуальная ошибка сделала экспертизы «пустышками»
Следователь, проводивший эксгумацию, допустил две роковые ошибки. Во-первых, он не признал тело вещественным доказательством, хотя именно оно хранило следы преступления — ранения, гематомы, инородные предметы. Во-вторых, он не опечатал гроб после первого вскрытия 19 октября.
Согласно ст. 81 УПК РФ, вещественными доказательствами признаются любые предметы, которые служили орудиями преступления или сохранили на себе его следы. Труп, как носитель следов преступления, должен быть признан вещественным доказательством. При эксгумации изъятые останки обязаны упаковать и опечатать с удостоверением подлинности упаковки подписью следователя. Этого сделано не было.
Результат не заставил себя ждать. Через восемь дней, 27 октября, при повторном осмотре в теле появилось целое лёгкое, исчезла печень, а шов, который, по словам санитаров, они наложили, отсутствовал.
Отсутствие опечатывания — прямое нарушение инструкции. Оно позволило посторонним лицам вскрывать тело между 19 и 27 октября, подменивать органы и скрывать следы. Следователь не обеспечил сохранность тела, что является нарушением его обязанностей.
Согласно ч. 4 ст. 81 УПК РФ, предметы, изъятые, но не признанные вещдоками, подлежат возврату владельцам. Получается, тело вашей матери формально должно было быть возвращено вам для захоронения сразу после эксгумации, а не лежать в общем морге, где к нему имели доступ все кому не лень. Следовательно, сохранность тела не обеспечивалась, а значит, все выводы экспертиз, проведённых по этому телу, являются недопустимыми доказательствами (ст. 75 УПК РФ).
Глава 6. Протокол, которого нет
Патологоанатомическое вскрытие от 12 января 2023 года (протокол № 6/6) было оформлено с нарушениями, которые не оставляют сомнений в его недобросовестности.
Протокол не соответствует учётной медицинской документации № 013/у, утверждённой Приказом Минздрава России от 06.06.2013 № 354н. Отсутствуют обязательные разделы: описание костно-мышечной системы, раздел «Дефекты оказания медицинской помощи». В паспортную часть не внесены сведения о росте, массе тела, описании кожных покровов, выраженности трупного окоченения.
Ряд органов не исследован, но информация о них в протокол внесена — головной мозг, щитовидная железа, поджелудочная железа, коронарные сосуды, кишечник. Головной мозг вообще не вскрывался. При этом патологоанатом внёс в компьютер диагноз «отёк головного мозга» — не имея на то никаких оснований.
Некоторые органы (лёгкие, селезёнка, печень) «каким-то образом взвешены, что физически исключается и является заведомо недостоверной информацией».
Гистологическое исследование. Патологоанатом заявил о 128 гистологических стёклах. Следователь изъял 12, затем ещё 16. На экспертизу попало всего 16 стёкол. Судьба остальных 112 неизвестна.
Глава 7. Полицейская «карусель» и отказы, которые отменяла прокуратура
После того как Следственный комитет прекратил уголовное дело по факту смерти, проверка по факту надругательства (ст. 244 УК РФ) была передана в МО МВД России «Ржевский». Проверку поручили участковому уполномоченному, который не является ни следователем, ни дознавателем. За год он вынес пять постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела:
· 03.03.2025 — отказ за отсутствием события преступления;
· 04.06.2025 — отказ за отсутствием состава (в этом документе допущена грубейшая ошибка: после ст. 244 УК РФ указано «(Побои)», хотя речь идёт о надругательстве над трупом);
· 11.08.2025 — отказ за отсутствием события;
· 01.10.2025 — отказ за отсутствием события;
· 27.01.2026 — отказ за отсутствием состава.
Каждый раз участковый ссылался на ч. 1 ст. 244 УК РФ — преступление небольшой тяжести, срок давности по которому составляет 2 года и истёк 12.01.2025. При этом он игнорировал признаки п. «а» ч. 2 ст. 244 УК РФ — надругательство, совершённое группой лиц (патологоанатом и санитар), срок давности по которому 6 лет и истекает только 12.01.2029.
Прокуратура Тверской области неоднократно отменяла эти отказы (04.07.2025, 25.12.2025, 26.08.2025 и др.), указывая на неполноту проверки, но полиция каждый раз выносила новый аналогичный отказ. Сложилась незаконная «карусель» отказов, запрещённая разъяснениями Верховного Суда РФ.
Глава 8. Следствие длиною в три года
Уголовное дело по факту смерти было возбуждено 19 января 2023 года. Прекращено — 19 января 2026 года. Ровно три года.
За это время была проведена экспертиза в г Твери по эксгумированному телу и экспертиза г Москвы показания которых противоречат друг другу, экспертизу в СЭЦ СК Петербурге на 2028г отказали так как прекратили уголовное дело. Родственники получали шаблонные отписки от следователей — дословно повторяющие друг друга, менялась только подпись. В ответах встречались ошибки номера дел, бессмысленные фразы, путаница уголовных дел.
Одного из экспертов, ключевого свидетеля, не допросили. Ходатайство о допуске к допросу двух экспертов было удовлетворено, но уведомление о допросе второго эксперта вручили менее чем за сутки — в другом регионе. Родственники физически не могли присутствовать.
Дело прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ — «в связи с отсутствием в деянии состава преступления». Формально — за истечением сроков давности по ч. 2 ст. 109 УК РФ (2 года). Но сроки по ч. 2 ст. 293 УК РФ (халатность, повлёкшая смерть) — 6 лет — не истекли. Они истекают в январе 2029 года.
Тем не менее, следствие предпочло не применять их.
Глава 9. Что остаётся родственникам
Уголовное дело прекращено. Возобновить его практически невозможно.
Факты, установленные экспертизами, не оспорены:
· Пункция проведена с нарушениями.
· Развилось массивное кровотечение (2400 мл крови в плевральной полости).
· Смерть наступила через несколько часов после пункции от гиповолемического шока.
· Реанимация фактически не проводилась, но в документах указано обратное.
· Вскрытие и эксгумация проведены с грубейшими нарушениями.
· Тело не было опечатано и не признано вещественным доказательством.
· Тело было осквернено (посторонние предметы, аномалии с органами).
· Родственникам пришлось дважды пережить эксгумацию.
Дело пациентки З. уникально по количеству нарушений — оно включает не только врачебную ошибку, но и грубейшие нарушения при вскрытии, двукратную эксгумацию и обнаружение посторонних предметов и чужих органов в теле.
Эпилог. Имена и цифры
· Клавдия Михайловна Золотарёва — умерла 11 января 2023 года в возрасте 75 лет.
· 1200 мл — удалено при пункции.
· 3600 мл — обнаружено на вскрытии.
· 2400 мл — объём крови, излившейся в плевральную полость после пункции.
· 128 — гистологических стёкол, заявленных патологоанатомом.
· 16 — стёкол, попавших на экспертизу (без ДНК-анализа).
· 19.01.2023 – 19.01.2026 — три года расследования.
· Ч. 2 ст. 109 УК РФ — 2 года давности (истекли).
· Ч. 2 ст. 293 УК РФ — 6 лет давности (не истекли, истекают в январе 2029).
Дело прекращено. Но вопросы остались.
Почему врачи не заметили рак? Почему пункцию провели с нарушением техники? Почему после пункции не было наблюдения? Почему в документах указана реанимация, которой не было? Почему патологоанатом «потерял» 100 гистологических стёкол? Почему ДНК-экспертиза не проводилась по 16 стёклам и по целому лёгкому? Почему тело не было опечатано и не признано вещественным доказательством? Почему шов исчез, а органы появлялись и исчезали? Почему полиция вынесла 5 отказов, отменённых прокуратурой? Почему следствие длилось ровно до истечения сроков давности?
Ответов нет.
Есть только цифры. 1200 и 3600. Разница — 2400. Кровь. Пункция в разных межреберье 6, 8, 9 -10
И тело, которое пришлось хоронить дважды.
Пролог. «Красная жидкость» — 1200 и 3600
В январе 2023 года в ГБУЗ ТО «Ржевская ЦРБ» поступила 75-летняя Клавдия Михайловна Золотарёва. Жалобы — одышка, слабость, боли в груди. Врачи диагностировали гипертрофическую кардиомиопатию, хроническую сердечную недостаточность. Назначили лечение.
Утром 11 января 2023 года ей провели плевральную пункцию — прокол грудной клетки для удаления жидкости из плевральной полости. Извлекли 1200 мл красноватой жидкости.
Вечером того же дня Клавдия Михайловна скончалась.
На вскрытии в плевральной полости обнаружили 3600 мл красноватой жидкости.
Разница — 2400 мл. Кровь. Которая появилась после пункции.
Глава 1. Цифры, которые не лгут
1200 мл — удалили утром.
3600 мл — обнаружили вечером.
2400 мл — объём крови, излившейся в плевральную полость за несколько часов после врачебной манипуляции.
Для пожилого человека с массой тела 42 кг это около 40–50% всего объёма крови. Такая кровопотеря несовместима с жизнью без экстренной помощи.
Эксгумация, проведённая спустя десять месяцев, подтвердила: в проекции 9–10-го рёбер обнаружены гематомы 8×5 см и 9×5 см, точечная ранка на плевре — след медицинской иглы. Повреждение межрёберных сосудов во время пункции.
Анатомическая справка. При плевральной пункции игла должна вводиться строго по верхнему краю нижележащего ребра — там, где не проходят межрёберные сосуды. Отклонение от этой техники ведёт к повреждению артерии и неостанавливаемому кровотечению. Медицинская литература описывает летальные исходы именно вследствие ятрогенного повреждения ветви межрёберной артерии при пункции ниже восьмого межреберья.
Врач указал в документах 8-е межреберье. Патологоанатом при первом вскрытии зафиксировал метку в 6-м. Эксгумация обнаружила следы пункции в 9–10-м межреберьях. Три документа — три разных места.
Глава 2. Рак, которого, возможно, не было
Экспертиза качества медицинской помощи зафиксировала множественные дефекты диагностики и лечения. Однако самый главный вопрос, который теперь стоит перед родственниками, — чей именно рак был обнаружен на гистологии?
При жизни пациентке не был поставлен онкологический диагноз, хотя ряд признаков (односторонний геморрагический выпот в плевральную полость, кахексия с индексом массы тела 16, прогрессирующая одышка) вызывали серьёзные подозрения. Компьютерная томография была выполнена с необоснованным опозданием, бронхоскопия и консультация онколога не проводились.
Однако именно эксгумация и последующее патологоанатомическое исследование породили ещё больше вопросов, чем дали ответов. Внутри тела были обнаружены посторонние предметы, а при повторном исследовании в теле появилось целое правое лёгкое без секционных разрезов и исчезла печень. Более того, из 128 заявленных гистологических стёкол до экспертизы «дошло» всего 16. Судьба остальных 112 неизвестна.
В такой ситуации утверждать, что раковое поражение, выявленное на этих 16 стёклах, принадлежало именно Золотарёвой К.М. — некорректно. Без молекулярно-генетической экспертизы (ДНК-анализа) этих стёкол нельзя исключить версию о подмене или смешении биоматериала, что в практике патологоанатомических отделений, к сожалению, встречается. ДНК-экспертиза по 16 стёклам, изъятым через год, не проводилась. ДНК-экспертиза по целому лёгкому, появившемуся при повторном осмотре, не проводилась.
Таким образом, главный вывод экспертизы — не наличие рака, а невозможность достоверно установить диагноз и причину смерти из-за грубейших нарушений при заборе, хранении и исследовании биоматериала.
Глава 3. Реанимация, которой не было
В медицинской документации указано, что реанимационные мероприятия проводились в полном объёме. Однако, согласно показаниям свидетелей и фактическим обстоятельствам, никакой реанимации пациентке не оказывалось. Врачи не подходили к ней с 10:30 до 19:00 — пока родственники не настояли на вызове. Давление в 19:00 — 85/50. Гиповолемический шок. Через два часа — смерть.
Это означает, что в официальные документы были внесены заведомо ложные сведения. Такой подлог — не просто нарушение инструкций. Это уголовно наказуемое деяние, предусмотренное ст. 292 УК РФ (служебный подлог) — внесение должностным лицом в официальные документы заведомо ложных сведений. В судебной практике уже были случаи, когда врачей привлекали к ответственности именно за фальсификацию протоколов реанимации умерших пациентов.
Глава 4. Два осмотра, одно здание, две правды
В ходе следствия возникла необходимость в эксгумации. Родственники согласились. Тело было извлечено из могилы и доставлено в морг.
19 октября 2023 года — первое исследование эксгумированного тела. Проводила эксперт из Твери.
Правое лёгкое — только фрагмент (44 г). Обнаружены гематомы в 9–10-м межреберьях, точечная ранка на плевре - след иглы. После осмотра эксперт заявила, что органы оставила на секционном столе, а дальнейшую утилизацию и зашивание тела должны провести санитары. Санитары впоследствии утверждали, что зашили тело.
27 октября 2023 года — второе исследование того же тела, уже с участием эксперта из Москвы.
Результат шокировал: в теле появилось целое правое лёгкое (без секционных разрезов!), а печень исчезла. Эксперт на видео зафиксировал: тело не зашито, шва нет.
Эти два осмотра проводились в одном здании морга. Но с одной стороны — патологоанатомический морг ГБУЗ «Ржевская ЦРБ», с другой — судебно-медицинский морг, подчинённый другому ведомству. Тело, извлечённое из земли, оказалось в зоне пересечения интересов двух учреждений. Кто, когда и зачем вскрывал его повторно — остаётся загадкой.Правое лёгкое — только фрагмент (44 г). Обнаружены гематомы в 9–10-м межреберьях, точечная ранка на плевре - след иглы. После осмотра эксперт заявила, что органы оставила на секционном столе, а дальнейшую утилизацию и зашивание тела должны провести санитары. Санитары впоследствии утверждали, что зашили тело.
27 октября 2023 года — второе исследование того же тела, уже с участием эксперта из Москвы.
Результат шокировал: в теле появилось целое правое лёгкое (без секционных разрезов!), а печень исчезла. Эксперт на видео зафиксировал: тело не зашито, шва нет.
Экспертная комиссия зафиксировала это словами: «Отсутствие при повторном исследовании ряда органов (правого лёгкого — только фрагмент), но при третьем осмотре трупа — появление целого правого лёгкого, но исчезновение печени, что подразумевает непредусмотренные действующими приказами Минздрава РФ действия того или иного человека».
Противоречия не склеиваются:
· Эксперт 19.10 говорит: «органы оставила на столе».
· Санитары говорят: «мы зашили тело».
· Эксперт 27.10 видит: «тело не зашито, шва нет».
Если санитары зашили тело, то шов был. Если шва нет, значит, либо санитары солгали, либо тело вскрывали повторно уже после их работы. И это происходило не в могиле, а в здании, где доступ к телу имели и сотрудники патологоанатомического отделения, и судебные медики.
Внутри полостей трупа обнаружены посторонние предметы: носки, перчатки, одноразовая пелёнка.
Это не просто нарушения протокола. Это глумление над телом умершего — статья 244 УК РФ. Это небрежность, граничащая с надругательством. Это заставило родственников второй раз хоронить мать — после того, как тело, которое они предали земле, оказалось осквернённым.
Глава 5. Тело без статуса: как процессуальная ошибка сделала экспертизы «пустышками»
Следователь, проводивший эксгумацию, допустил две роковые ошибки. Во-первых, он не признал тело вещественным доказательством, хотя именно оно хранило следы преступления — ранения, гематомы, инородные предметы. Во-вторых, он не опечатал гроб после первого вскрытия 19 октября.
Согласно ст. 81 УПК РФ, вещественными доказательствами признаются любые предметы, которые служили орудиями преступления или сохранили на себе его следы. Труп, как носитель следов преступления, должен быть признан вещественным доказательством. При эксгумации изъятые останки обязаны упаковать и опечатать с удостоверением подлинности упаковки подписью следователя. Этого сделано не было.
Результат не заставил себя ждать. Через восемь дней, 27 октября, при повторном осмотре в теле появилось целое лёгкое, исчезла печень, а шов, который, по словам санитаров, они наложили, отсутствовал.
Отсутствие опечатывания — прямое нарушение инструкции. Оно позволило посторонним лицам вскрывать тело между 19 и 27 октября, подменивать органы и скрывать следы. Следователь не обеспечил сохранность тела, что является нарушением его обязанностей.
Согласно ч. 4 ст. 81 УПК РФ, предметы, изъятые, но не признанные вещдоками, подлежат возврату владельцам. Получается, тело вашей матери формально должно было быть возвращено вам для захоронения сразу после эксгумации, а не лежать в общем морге, где к нему имели доступ все кому не лень. Следовательно, сохранность тела не обеспечивалась, а значит, все выводы экспертиз, проведённых по этому телу, являются недопустимыми доказательствами (ст. 75 УПК РФ).
Глава 6. Протокол, которого нет
Патологоанатомическое вскрытие от 12 января 2023 года (протокол № 6/6) было оформлено с нарушениями, которые не оставляют сомнений в его недобросовестности.
Протокол не соответствует учётной медицинской документации № 013/у, утверждённой Приказом Минздрава России от 06.06.2013 № 354н. Отсутствуют обязательные разделы: описание костно-мышечной системы, раздел «Дефекты оказания медицинской помощи». В паспортную часть не внесены сведения о росте, массе тела, описании кожных покровов, выраженности трупного окоченения.
Ряд органов не исследован, но информация о них в протокол внесена — головной мозг, щитовидная железа, поджелудочная железа, коронарные сосуды, кишечник. Головной мозг вообще не вскрывался. При этом патологоанатом внёс в компьютер диагноз «отёк головного мозга» — не имея на то никаких оснований.
Некоторые органы (лёгкие, селезёнка, печень) «каким-то образом взвешены, что физически исключается и является заведомо недостоверной информацией».
Гистологическое исследование. Патологоанатом заявил о 128 гистологических стёклах. Следователь изъял 12, затем ещё 16. На экспертизу попало всего 16 стёкол. Судьба остальных 112 неизвестна.
Глава 7. Полицейская «карусель» и отказы, которые отменяла прокуратура
После того как Следственный комитет прекратил уголовное дело по факту смерти, проверка по факту надругательства (ст. 244 УК РФ) была передана в МО МВД России «Ржевский». Проверку поручили участковому уполномоченному, который не является ни следователем, ни дознавателем. За год он вынес пять постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела:
· 03.03.2025 — отказ за отсутствием события преступления;
· 04.06.2025 — отказ за отсутствием состава (в этом документе допущена грубейшая ошибка: после ст. 244 УК РФ указано «(Побои)», хотя речь идёт о надругательстве над трупом);
· 11.08.2025 — отказ за отсутствием события;
· 01.10.2025 — отказ за отсутствием события;
· 27.01.2026 — отказ за отсутствием состава.
Каждый раз участковый ссылался на ч. 1 ст. 244 УК РФ — преступление небольшой тяжести, срок давности по которому составляет 2 года и истёк 12.01.2025. При этом он игнорировал признаки п. «а» ч. 2 ст. 244 УК РФ — надругательство, совершённое группой лиц (патологоанатом и санитар), срок давности по которому 6 лет и истекает только 12.01.2029.
Прокуратура Тверской области неоднократно отменяла эти отказы (04.07.2025, 25.12.2025, 26.08.2025 и др.), указывая на неполноту проверки, но полиция каждый раз выносила новый аналогичный отказ. Сложилась незаконная «карусель» отказов, запрещённая разъяснениями Верховного Суда РФ.
Глава 8. Следствие длиною в три года
Уголовное дело по факту смерти было возбуждено 19 января 2023 года. Прекращено — 19 января 2026 года. Ровно три года.
За это время была проведена экспертиза в г Твери по эксгумированному телу и экспертиза г Москвы показания которых противоречат друг другу, экспертизу в СЭЦ СК Петербурге на 2028г отказали так как прекратили уголовное дело. Родственники получали шаблонные отписки от следователей — дословно повторяющие друг друга, менялась только подпись. В ответах встречались ошибки номера дел, бессмысленные фразы, путаница уголовных дел.
Одного из экспертов, ключевого свидетеля, не допросили. Ходатайство о допуске к допросу двух экспертов было удовлетворено, но уведомление о допросе второго эксперта вручили менее чем за сутки — в другом регионе. Родственники физически не могли присутствовать.
Дело прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ — «в связи с отсутствием в деянии состава преступления». Формально — за истечением сроков давности по ч. 2 ст. 109 УК РФ (2 года). Но сроки по ч. 2 ст. 293 УК РФ (халатность, повлёкшая смерть) — 6 лет — не истекли. Они истекают в январе 2029 года.
Тем не менее, следствие предпочло не применять их.
Глава 9. Что остаётся родственникам
Уголовное дело прекращено. Возобновить его практически невозможно.
Факты, установленные экспертизами, не оспорены:
· Пункция проведена с нарушениями.
· Развилось массивное кровотечение (2400 мл крови в плевральной полости).
· Смерть наступила через несколько часов после пункции от гиповолемического шока.
· Реанимация фактически не проводилась, но в документах указано обратное.
· Вскрытие и эксгумация проведены с грубейшими нарушениями.
· Тело не было опечатано и не признано вещественным доказательством.
· Тело было осквернено (посторонние предметы, аномалии с органами).
· Родственникам пришлось дважды пережить эксгумацию.
Дело пациентки З. уникально по количеству нарушений — оно включает не только врачебную ошибку, но и грубейшие нарушения при вскрытии, двукратную эксгумацию и обнаружение посторонних предметов и чужих органов в теле.
Эпилог. Имена и цифры
· Клавдия Михайловна Золотарёва — умерла 11 января 2023 года в возрасте 75 лет.
· 1200 мл — удалено при пункции.
· 3600 мл — обнаружено на вскрытии.
· 2400 мл — объём крови, излившейся в плевральную полость после пункции.
· 128 — гистологических стёкол, заявленных патологоанатомом.
· 16 — стёкол, попавших на экспертизу (без ДНК-анализа).
· 19.01.2023 – 19.01.2026 — три года расследования.
· Ч. 2 ст. 109 УК РФ — 2 года давности (истекли).
· Ч. 2 ст. 293 УК РФ — 6 лет давности (не истекли, истекают в январе 2029).
Дело прекращено. Но вопросы остались.
Почему врачи не заметили рак? Почему пункцию провели с нарушением техники? Почему после пункции не было наблюдения? Почему в документах указана реанимация, которой не было? Почему патологоанатом «потерял» 100 гистологических стёкол? Почему ДНК-экспертиза не проводилась по 16 стёклам и по целому лёгкому? Почему тело не было опечатано и не признано вещественным доказательством? Почему шов исчез, а органы появлялись и исчезали? Почему полиция вынесла 5 отказов, отменённых прокуратурой? Почему следствие длилось ровно до истечения сроков давности?
Ответов нет.
Есть только цифры. 1200 и 3600. Разница — 2400. Кровь. Пункция в разных межреберье 6, 8, 9 -10
И тело, которое пришлось хоронить дважды.
Комментариев (2)
Добавить комментарий
