Что не смогли сфальсифицировать эксперты, фальсифируют следователи Следственного комитета Саратова
Если Вам известен случай ошибки или Вы сами стали жертвой. Напишите на сайте или сообщите нам.

На Ставрополье молодую женщину убили во время простой операции

09.06.2020 Ставропольские Ведомости
Следователи СО по Промышленному району г. Ставрополя, возбуждили уголовное дело по факту ненадлежащего исполнения медперсоналом ГБУЗ СК «ГКБ СМП» своих профессиональных обязанностей, повлекших за собой смерть пациента.

21 мая бригадой скорой помощи девушка была доставлена в гинекологическое отделение 4-й городской больницы, где ее лечащим врачом была назначена Карина Папикова. Осмотрев пациентку и проведя дополнительное УЗИ, доктор подтвердила диагноз внематочная беременность, но решила повременить с хирургическим вмешательством, попробовав обойтись медикаментозным методом.
22 и 24 мая 2020 года Ольге были сделаны два родостимулирующих укола. Однако те не помогли. И вопрос о лапароскопии назрел снова.

Татьяна Заруднева вспоминает - 28 мая в 14:00 мы последний раз поговорили с дочкой по телефону. Она хорошо себя чувствовала, ни на что не жаловалась и надеялась уже на следующий день вернуться к детям домой.

Делала медицинскую процедуру врач Карина Папикова 20 лет стажа, кандидат медицинских наук, врач высшей категории, работает на кафедре акушерства и гинекологии СтГМУ с 2007 года, где преподает современные эндоскопические методы диагностики и лечения гинекологических больных...

Лапароскопия производится под давлением газа, чтобы ввести его в брюшную полость и приподнять брюшную стенку, хирургами используется прямая пункция иглой Вереша. Создаваемая воздушная подушка увеличивает расстояние между брюшной стенкой и внутренними органами, после чего вводится следующий инструмент - первичный троакар.
Оба инструмента вводят через разрез в околопупочной области в брюшную полость вслепую. И риск повреждения иных органов пациента возникает один на тысячу случаев. Но все же бывает и такое, потому что игла - инструмент коварный и острый. Неправильно рассчитанная сила давления на нее, одно смазанное и невыверенное движение, а рядом располагается брюшной отдел аорты и кровотечение не обязательно сразу проявит себя. Поэтому необходим контроль и только контроль.

Операция же тем временем продолжалась. Вслед за троакаром Папикова ввела видеокамеру, осмотрела пространство брюшной полости, никаких повреждений не обнаружила, стала проводить намеченный комплекс оперативного вмешательства на матке, как через 20 минут у Ольги резко остановилось сердце.

Из протокола операции: «Оперативные действия остановлены. Хирурги отошли от операционного стола. Начаты реанимационные мероприятия анестезиологом-реаниматологом. В операционную вызваны заведующий ИТАР И. Яцук, который продолжил реанимационные мероприятия. Также вызван заведующий отделением гинекологии В. Долгов, заместитель главного врача О. Гюсан. Во время проведения реанимационных мероприятий из троакаров отмечалось кровянистое отделяемое».Через 15 минут сердечная деятельность была восстановлена, и операционная группа стала искать источник хлещущей крови. Ведь если проблема не по гинекологии и не в области таза, значит, она выше? Удостоверившись, что кровотечение идет откуда-то из верхних отделов живота и в брюшной полости скопилось до 1,5 литров крови, чтобы определить место кровотечения, в операционную были вызваны заведующий отделением хирургии А. Камерджиев и сосудистый хирург С. Скалозубова.
Стали исследовать забрюшинное пространство – обнаружили повреждение брыжейки тонкой кишки и сантиметровый порез на аорте. То ли иглой, то ли троакаром.
Из протокола операции: «Визуально определяется пульсирующая гематома больших размеров. Из области гематомы пульсирующее артериальное кровотечение». Далее в операционный зал был уже вызван ангиохирург…

За 4 часа, сколько в общей сложности длилась операция, возле Ольги собрались все врачебные светила 4-й больницы. Семь высококвалифицированных специалистов пытались сотворить чудо и заново сшить поврежденную аорту брюшного отдела. Им это вроде как удалось. С потерей крови в 73 процента от ОЦК, геморрагическим шоком 3-й степени, ДВС-синдромом Ольга была доставлена в отделение реанимации.

Муж Николай вспоминает нескончаемо длинную ночь 28 мая. - Жену забрали на операцию где-то в 14:30, а ближе к 19:00 мне позвонили из больницы и сказали, что операция прошла неудачно. Во время хирургического вмешательства была задета брюшная аорта, Оля потеряла более 3 литров крови и впала в кому.
Когда утром семья Зарудневых и Поддубных примчалась в Ставрополь, в одном из кабинетов руководства ГБУЗ СК «ГКБ СМП» собрались практически все участники вчерашней операции. Не было только самого оперирующего хирурга Карины Папиковой.
- На наш вопрос: «А где врач?» нам ответили, что Карина Александровна очень расстроена исходом операции, плохо спала ночью, поэтому решила не выходить к нам. Но готова материально возместить моральный ущерб, - рассказывает мама Ольги, как шокировал ее врачебный цинизм.
И той, кто предложил, и тех, кто озвучил данное предложение.
Ведь вовсе не «мы готовы заплатить» рассчитывали услышать родственники умирающей девушки. Слова покаяния - да.
Слова растерянности, мол, сами не знаем, как трактовать эту дичайшую оплошность со стороны сотрудника – тоже. Уверения, что будут до последнего бороться за жизнь Оли - и те были бы к месту из уст заместителя главного врача Ольги Гюсан. Однако их не было. Их заменило коммерческое предложение.

Будто в какой-то момент запамятовали наши медики, что жизнь человека вообще-то бесценна, и пациент – это не просто эпизод в богатой медицинской практике и оказанная услуга по ОМС, а молоденькая 24-летняя женшина, полная надежд и планов на будущее, у которой осталось двое сыновей. Мальчишек 3 и 6,5 лет. Все понимающих, все чувствующих, как тени слоняющихся по дому, но так и не решающихся спросить у взрослых: «А где мама?» Ибо это очень страшно услышать правду, что мама не в гостях и не вернется. Что 30 мая в 1:30 ночи Николая разбудил телефонный звонок из больницы: «....в 1:15 вашей жены не стало».

Татьяна вспоминает:  - Когда в субботу утром мы приехали в больницу, нас встретил дежурный администратор.  Муж спрашивает у него: «Отчего умерла наша дочка?» А врач смотрит на нас, и хотя он в маске, даже через нее видно, как ухмыляется и с бравадой заявляет: «Потеря крови. А что? Есть другие варианты?»

- Мы тогда развернулись и прямиком направились в Следственный комитет писать заявление о привлечении виновных к ответственности. Потому что нашу дочку убили, и мы хотим самого серьезного наказания для тех, кто это сделал.
Ведь кому бы из хирургов мы ни показывали протокол операции, все в унисон твердят, что Оля фактически умерла через 20 минут после начала лапароскопии. Шансов уже тогда не было. Откуда им взяться, если сердце 15 минут стоит, аорта порвана, кровь хлещет фонтаном.
И отнюдь не мою девочку операционная бригада спасала оставшиеся 3,5 часа. Они спасали свою коллегу, только чтобы не фиксировать смерть на операционном столе, а списать все на осложнения и уйти от ответственности.
Мы следим за этой чудовищной историей и приложим все силы, чтобы правда восторжествовала и убийцы получили по заслугам.
Комментариев (0)
Добавить комментарий